Кровавая геополитика Андерса Брейвика
Маленький секрет Андерса Брейвика
Как мир будет жить дальше? Двойной теракт произошел в Норвегии 22 июля. Сначала взрыв прогремел возле комплекса правительственных зданий в Осло, а спустя несколько часов террорист Брейвик, одетый в полицейскую форму, открыл стрельбу в молодежном лагере правящей Норвежской рабочей партии на острове Утойа.
Скоро ли забудут Брейвика? Норвежец, который признался в совершении двойного теракта в Норвегии, мог оставить в своем манифесте секретные послания. К такому заключение пришли специалисты по компьютерной безопасности норвежского телеканала TV-2. Они проанализировали текст, а это около 1500 страниц, и сделали заключение, что в манифесте зашифрованы географические точки, где запланированы новые теракты. Впрочем, подробностей немного. Информацией норвежских телевизионщиков уже заинтересовалась полиция. Не исключено, что этими данными воспользуются следователи.
Что ж, страсти по Андерсу Брейвику и двойному теракту в Норвегии стихают и это естественно. Такова природа новостей, ведь даже самая скандальная и трагическая держится в топе не больше пару недель. Людям свойственно забывать и переключаться на другие свежие новости. И пусть для Норвегии этот теракт станет черным днем в истории, но в других странах через год-два о нём мало, кто вспомнит.
К счастью или к несчастью, я никогда не забуду 22 июля 2011 года. Не потому что в терактах пострадали мои близкие или знакомые, а потому что это дата является отголоском «собачьей философии» нацизма, которая потерпела сокрушительное поражение в середине прошлого века и вдруг ни с того ни с сего снова оскалилась, забрав 76 человек с собой в Небытие.
Когда в СМИ просочилась информация о том, что одним из самых любимых фильмов Брейвика является «Догвилль» Ларса Фон Триера, для меня всё встало на свои места. До этого я безуспешно пытался понять этого убийцу, но его кинематографическое пристрастие расставило все точки над «i».
Если Вы не смотрели этот замечательный фильм Ларса фон Триера, я вкратце расскажу суть. У отца-мафиози есть прекрасная дочка (Николь Кидман), которая противится его воли и не хочет идти по его стопам. Она сбегает от него и попадает в захолустный городок Dogwill, где проживает всего 15 душ. Женщина полна решимости начать новую жизнь. Жизнь нравственную, высоко моральную и человеческих идеалов. Однако, жители этого городка, казавшиеся сперва такими милыми и добрыми, оказываются настоящими уродами и используют девушку в качестве рабыни – насилуя, заставляют работать целый день и постоянно унижая. В конце концов, отец-мафиози по наводке одного из жителей находит свою дочку… на ошейнике и цепи.. как собаку. Девушка меняет свои взгляды на жизнь и убивает всех жителей городка, даже детей, и становится «собакой», такой какой её хотел видеть отец-мафиози. Конец.
Фильм полон символов и «подводных смыслов». На то оно и авторское кино, и очевидно, что Брейвик всё разгадал. Dogwill – название городка – переводится по кальке с английского «собака будет». Таким образом, Ларс фон Триер хотел показать, что единственное предназначение этого городка в том, чтобы на свет появилась очередная «собака» в лице Николь Кидман. И своё «собачье будущее» жители Догвилля подтверждают на протяжении всего фильма поступками. Тотальное лицемерие, моральное уродство, хроническая слабость, недоразвитость, порочность… Перечислять «достоинства» этого городка можно очень долго, но смысл автора таится в том, что «если есть на свете городок без которого мир станет лучше и добрее, то это Догвилль…»
Что перенял для себя из этого фильма Брейвик? Да, буквально, всё. На место «цепной собаки», главной героини, он ставит себя и решает, что норвежское общество представляет собой «Догвилль». Это субъективное восприятие действительности смешалось в один взрывной коктейль с идеями нацизма и крестовых походов, что и привело к разорвавшейся бомбе. Бешеный пёс Брейвика сорвался с цепи… но кто его отец? Кто его хозяин?
Ларс фон Триер лукавит, говоря, что сожалеет о том, что его лучший фильм «мог послужить для Брейвика своеобразным сценарием». В глубине души этот нацист, который выразил свои симпатии к Гитлеру на Каннском кинофестивале, ликует и радуется. Вот она разрушительная сила искусства. Вот оно «собачье будущее», которое так драматично и тонко описал режиссер. Разве может быть большим признанием его заслуг, чем воплощение придуманного ада в реальной жизни?
